«Закят – это не формальность, а третий столп Ислама!» Интервью с Закиром Шарыповым, экспертом ЭСИБ Ассоциации «Семь колосьев»

Исламская благотворительность – это очень тонкая материя, где важно знать и учитывать все важные положения шариата и федерального законодательства. 

И если законы страны обозначают общие рамки ведения благотворительной деятельности, то положения шариата детально прописывают, как в этих рамках необходимо вести свою работу.

Именно поэтому при Ассоциации благотворительных организаций «Семь колосьев» работает Экспертный совет по исламской благотворительности¹.

Ответы на опросы, которые присылают в «Семь колосьев» члены ассоциации, уже превратились в постоянную и интересную рубрику, которую ведёт эксперт ЭСИБ – Закир Шарыпов.

Интервью с Закиром Шарыповым о том, как строится работа с ответами на вопросы, связанные с исламской благотворительностью, какие источники знаний используют эксперты, насколько ответы на вопросы носят практический, прикладной характер мы предлагаем вашему вниманию. 

– Уважаемый Закир Ахтамович, Ассалам алейкум ва рах1матуЛлагьи ва баракатугьу! Почему участникам благотворительного сектора важно знать ответы на вопросы, к примеру, распределения закята или формирования вакфа?

– Ва аллейкум салам ва рах1матуЛлагьи ва баракатугьу! Участники благотворительного сектора должны разбираться в вопросах закята, должны знать шариатские ответы  том, как собирать закят, как распределять закят, потому что это ответственность перед Всевышним. Закят – это вопрос религии.

А религия – это самое дорогое, самое ценное, что может быть в жизни верующего. Закят – это третий столп ислама!

И так же, как в вопросах намаза, поста и хаджа, здесь приблизительные, неточные знания не подходят.

Нужно чётко знать, к примеру, когда начинается месяц Рамадан, когда он заканчивается. Даже во время хаджа нужно точно знать, где граница Арафата, где граница долины Мина, нужно успеть бросить камушки в Джамарат в определённое время.

То есть все столпы ислама связаны с конкретными правилами и требованиями Всевышнего, и закят не является исключением.

Там есть чёткие требования Аллаха Тагьаля: кто должен платить закят, когда он должен его платить, сколько он должен платить. И потом, кому этот закят нужно распределять – не всем, кому тебе хочется, а именно определённым категориям, которым этот закят вручается.

Поэтому закят – это не просто какие-то сборы на какие-то расходы, на какие-то административные нужды. Это не просто какие-то выплаты.

Это право бедняка в имуществе богача. И закят – это не акт милосердия. Закят – это обязанность состоятельного человека выдать определённую долю из своего имущества в пользу того, кто в этих деньгах нуждается.

Выдать в пользу определённых категорий людей, описанных в Коране. Поэтому очень важно, чтобы закят, его сбор и распределение основывались на конкретных и достоверных знаниях, потому что нужно будет отвечать за эту очень серьёзную ответственность в Судный день перед Аллахом Тагьаля.

И также есть ответственность перед уммой. Люди доверяют закят определённым лицам, определённым фондам. Они перекладывают этот аманат на благотворительные фонды.

И тот, кто берёт на себя эту ответственность, должен чётко понимать вопросы закята. Поэтому, резюмируя наш ответ, во-первых, закят – это ответственность перед Всевышним, это вопрос религии.

А религия – это самое ценное в жизни верующего, и нам предстоит встать перед Аллахом Тагьаля в Судный день и отвечать. И не только за наши личные поклонения.

А если мы взяли на себя ответственность за распределение закята, то нам и за это отвечать перед Ним. И потом, закят – это аманат, то, что люди доверяют благотворительным фондам.

И, естественно, у нас есть ответственность перед уммой. Мы отвечаем также и перед ней, уважаемые друзья.

–  Какая в этом деле роль ЭСИБ – экспертного совета по исламской благотворительности Ассоциации «Семь колосьев»?

– ЭСИБ приглашает для сотрудничества экспертов – выпускников исламских вузов. Тех, кто учился здесь, в России, учился за рубежом. Тех, кто разбирается в исламском праве, в законах шариата, в вопросах благотворительности в целом и в вопросах закята в частности.

Тех, кто читал древние классические труды по фикху, по исламскому праву. И тех, кто может именно соотнести эти классические труды к современным реалиям.

Сегодня, в XXI веке, когда намного больше стало проблем, когда появились различные нововведения, когда развиваются институты финансовые, институты семьи…

То есть мы видим прогресс во всех областях человеческой деятельности. И сегодня вопросы, связанные с закятом, со сбором и аккумулированием средств, нужно решать, отвечать на эти вопросы часто в рамках современных реалий.

Поэтому привлечение нужных специалистов – это одна из главных обязанностей ЭСИБ.

Вопросов по закяту вопросов очень много поступает, они разнообразны. Часто ответы на эти вопросы мы не можем найти в древних классических книгах, потому что они связаны именно с современными реалиями. Для ответов на вопросы изучаются все классические и современные труды учёных.

Поэтому важно собрать все эти вопросы и предоставить их на суд экспертов ЭСИБ, посмотреть, как они ответят на эти вопросы. Затем эти вопросы и ответы необходимо оцифровать… Сформировать базу знаний.

Над этим тоже работает экспертный совет, чтобы это было в форме либо какого-то специального мессенджера, либо сайта, либо в форме книги. Чтобы представители благотворительных фондов, участники Ассоциации «Семь колосьев» и другие могли найти ответы на свои вопросы.

– Наверное, здесь высокие требования предъявляются и к экспертам, знающим людям, кто берётся отвечать на эти вопросы. Расскажите о себе: кто вы, где учились, какие достижения в исламских науках имеете?

– Мой образовательный путь получения исламских знаний начался ещё в далёком 1992 году, когда я поступил в медресе города Андижан. Там я очень глубоко подробно изучал арабский язык. И, кстати, хорошее знание арабского языка – это очень важное требование для эксперта в ЭСИБ.

Уже в 1995 году я поступил в исламский университет Туниса – «аз-Зайтун» – Высший институт исламской цивилизации, и закончил его успешно по специальности «исламское право».

После этого я ещё три года учился в Египте и получал знания непосредственно от учёных, читая книги. То есть это такой старый, древний, уже испытанный способ, когда ты садишься перед учителем с книгой и от и до полностью проходишь её с ним.

И, таким образом, я изучил несколько книг по ханафитскому масхабу.

Помимо исламского образования у меня несколько светских образований: и по филологии, и в области государственно конфессиональных отношений, и недавно я окончил аспирантуру в Пятигорском госуниверситете…

Требования к экспертам ЭСИБ высокие. И это, прежде всего, знание арабского языка. Это наличие как минимум базового исламского образования, то есть надо быть хотя бы бакалавром исламских наук.

В экспертном совете есть и магистры, и доктора исламских наук.

–  Какие сложности возникают у вас, как у эксперта, при работе с поступившими вопросами? Можете ли вы описать этапы своей работы с вопросами?

– Основная сложность по работе с поступившими вопросами по теме закята – это то, что по многим вопросам очень много источников, много мнений, много чего написано нашими исламскими учёными, и это всё на арабском языке.

Необходимо всё это прочесть, проанализировать, сопоставить, взять самую суть. Самое необходимое, важное для того, чтобы ответить на вопрос, перевести это на русский язык, изложить это простыми словами…

Это вот именно первая сложность – поднять большой пласт информации, прочитать, проанализировать, взять оттуда самое важное и изложить это на русском языке.

Вторая сложность – это, наверное, появление современных вопросов, связанных с закятом, которые не освещались в древних книгах.

Допустим, можно ли закят перечислять онлайн-переводом? Можно ли создавать специальное приложение для сбора закята?

То есть по этим вопросам нужно искать ответы у современных учёных. И это бывает не всегда легко. Когда вопросы закята касаются каких-то современных проблем, то не всегда легко найти ответ на этот вопрос.

– Как бы вы оценили доступность и качество материала по вопросам закята в русскоязычном сегменте?

– По милости Всевышнего, в последние годы мы видим, что наши российские богословы, мусульмане-богословы, прилагают достаточно много сил для того, чтобы знания о закяте сделать доступными для российских мусульман.

Мы находим эти знания у Совета улемов Духовного управления мусульман Республики Татарстан, также отдела фетв Духовного управления мусульман Республики Дагестан, Совета улемов Духовного управления мусульман Российской Федерации, а также Российского Совета по исламским финансам.

Также мы находим информацию у наших коллег из Казахстана – Муфтията Республики Казахстан.

Вышеперечисленные Советы улемов, вышеперечисленные Духовные управления прилагают огромные усилия и стараются раскрыть достаточно узкие и достаточно малоизученные вопросы закята.

Нужно отдать должное, поблагодарить Всевышнего Аллаха и поблагодарить наших коллег за их вклад в это дело, за то, что многое сделали для того, чтобы приблизить очень непростую тему закята к российскому, к русскоязычному мусульманину. Баракаллах! Пусть Всевышний воздаст им благом.

– Как у вас поменялся подход к вопросам закята до того, как вы окунулись в

эту тему, познакомились с профессиональным благотворительным сообществом и после?

– Лично я для себя лишний раз убедился, изучая глубоко вопросы закята, что формальный подход или подход «для галочки» – лишь бы собрать и лишь бы выдать какую-то информацию – здесь, в вопросах закята, не подходит.

В принципе, как и в вопросах всей остальной нашей религии, формализмом ограничиваться нельзя. В вопросах закята, так как это вопрос финансов, вопрос денег, вопрос прежде всего права Аллаха и потом – прав людей, здесь никакого формализма не должно быть.

Нужно очень тщательно подходить к изучению этих вопросов, очень осознанно подходить. Очень точно, именно глубоко понимать, как собирать закят и кому его отдавать…

– Насколько теоретик должен быть практиком и знать специфику местности? Чем чревато непонимание этой специфики?

– Естественно, человек, имеющий теоретические знания о закяте, должен быть ещё и практиком. Он должен знать специфику местности, специфику людей, проживающих в том или ином регионе: кто является действительно нуждающимся, что является предметами первой необходимости, а что является предметом роскоши.

Допустим, наличие стиральной машины-автомат, холодильника и простой машины, простого автомобиля сегодня – это уже не предмет роскоши, это уже предмет первой необходимости.

Какая-то жилплощадь, минимальные квадратные метры, где проживает человек, крыша над головой – простая квартира, простой домик – это уже его базовая потребность, базовая вещь, без которой он не может.

И называть это предметом роскоши и говорить, что он не заслуживает получения закята – это будет противоречие вообще всем законам здравого рассудка, здравого смысла.

Также важно вообще понимать, кто человек, кому полагается закят? Чьё сердце необходимо привлечь к исламу, расположить к религии, чтобы дать ему закят. Кто он, новообращённый мусульманин? Что значит отдать закят новообращённому мусульманину?

Где та граница, когда он уже перестал быть новообращённым, и как не оставить нашего брата, нашу сестру, которые только пришли в Ислам, как их не оставить без помощи?

То есть знание вот таких практических вещей, знание особенностей местного менталитета, знание особенностей времени, может быть, экономической или политической составляющей страны, где мы находимся, – это очень важно.

Только одних теоретических знаний категорий закятополучателей недостаточно.

Важно знать и понимать, как законы, касающиеся закята, применить, допустим, в Дагестане, в регионах Центральной России, или где-то в Сибири или в Москве.

Может ведь быть, что потребности жителя Москвы могут отличаться от нуждающегося в Дагестане или в Сибири? И вот эти все нюансы необходимо знать и учитывать…

АБО «Семь колосьев» благодарит эксперта ЭСИБ Закира Шарыпова за интервью, и напоминает, что вопросы, связанные с исламской благотворительностью, вы можете присылать на электронную почту abo7kolos@gmail.com с пометкой «Вопрос ЭСИБ»

¹ ЭСИБ работает под общим руководством https://t.me/semkolosev/118 Юсуфа Хазрата Давлетшина, имама-мухтасиба Вахитовского и Приволжского районов Казани.